Аукцион еврейских детей. Крестьяне приносили им подаяние, семилетние ухаживали за трехлетними; многие из них уходили из жизни из-за голода и холода

«Весной 1943 года в одном из разрушенных совхозов Минской области, неподалеку от города, обнаружили целый барак с детьми. Они были предоставлены самим себе. Крестьяне приносили им подаяние, семилетние ухаживали за трехлетними; многие из них уходили из жизни из-за голода и холода,» — так начали свой рассказ об аукционе еврейских детей белоруски Мария Готовцева, Марфа Орлова и Феня Лепешко.

Минское гетто

Вскоре немцы нашли барак и первое, что они спросили: «Есть ли здесь еврейские дети?». Но малыши молчали. Не потому что боялись, у них просто не было сил на страх и тем более на какие-то движения. Всех детей нацисты отправили на минский вокзал, где держали двое суток без воды и еды. Когда трое из них смогли подняться и сделать несколько шагов к выходу, гитлеровцы тут же их уничтожили.

Муки детей уже не вызывали у немцев того восторга, что вначале войны, поэтому они придумали другой способ, как же позабавиться с этими невинными малышами… Они устроили аукцион. Прямо на вокзале каждый мог подойти и выбрать себе истощенного, больного, полуживого ребенка… Для гестаповцев – это было развлечением, а для малышей – спасением. Русское население Минска быстро узнало о выходке карателей. В первый же день на вокзал начали сходиться бесстрашные женщины, чтобы спасти этих несчастных детей. Жизнь одного еврейского ребенка немцы оценивали в 25-30 марок, при этом не упускали возможности поторговаться. Когда местные отдали все деньги и «скупили» почти всех детей, гитлеровцы сразу же сбросили цену на сирот до 10 марок, чтобы не терять такой легкий заработок…

Минское гетто

Записи А. Вербицкого с рассказами белорусок были опубликованы в «Неизвестная «Черная книга»». Как оказалось, Орлова и Лепешко и сами стали теми, кто спас детей с трагического аукциона. Вот несколько отрывков из книги:
«Минчанка Марфа Орлова, проживающая по улице Горького, № 42, показала нам четырехлетнего мальчика, купленного ею в то утро на вокзале за двадцать марок. Орлова оберегает ребенка и надеется, что скоро вернутся родители маленького Юры и заберут своего сына».

«Вот что рассказала нам Мария Готовцева, работающая сейчас в Минске на радиозаводе: Я видела, как одна старушка, плача и вздыхая, увела с собой двух маленьких девочек. Дети плакали, протягивали ручонки, как бы говоря: «Купите нас, иначе нас уничтожат»».
«На Торговой улице, № 26 мы видели еврейскую девочку шести лет и мальчика пяти-шести лет, купленных у немцев за пятьдесят марок. Дети содержатся у работницы Фени Лепешко, матери двух сыновей-фронтовиков.

– Видите малыша? – говорит Феня Лепешко. – Теперь он уже улыбается, расцвел. А взяла его – был почти труп, не говорил, все только стонал и кого-то звал. Думала – не выживет, а вот выжил, молодец. Даже не мог сказать, как зовут его, сколько ему лет. Тут рядом соседка Игнатенко купила у тех негодяев четырехлетнюю девочку, совсем хворую. Не удалось выходить крошку – остановилось ее сердечко».

У малышей из аукциона был шанс на спасение, а вот у еврейских детишек из сиротского дома в Минском гетто – нет… В один день Рыббе приказал словить всех сирот, сбегающих в русский район за едой, загрузить на грузовик и отвезти на кладбище. Уже в машине дети начали неистово кричать и рыдать. Они знали, что их везут на уничтожение. Спустя два месяце Рыббе ликвидировал остальных еврейских детей вместе со всем персоналом сиротского дома.

Минское гетто

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Аукцион еврейских детей. Крестьяне приносили им подаяние, семилетние ухаживали за трехлетними; многие из них уходили из жизни из-за голода и холода