Еврейские языки

Нередко, когда ты говоришь людям, что занимаешься идишем, тебя с удивлением переспрашивают: «Идиш? Это то же самое, что иврит?» А когда узнают, что нет, спрашивают: «А кто на нем говорит вообще? А зачем его изучать? Что это за язык?» Речь пойдет о том, что такое идиш, чем он отличается от иврита и какие еще есть языки, похожие на идиш.

Иврит вышел из разговорного употребления в самом начале нашей эры. На нем перестали говорить, и это связано с изгнанием евреев из Палестины, которое произошло в II веке нашей эры. Евреев оттуда изгнали римляне. Через некоторое время они, конечно, туда вернулись, но подавляющее число евреев стало жить не в Палестине, а в каких-то других регионах. Евреи распространились по достаточно большой территории, в первую очередь это бассейн Средиземного моря. В дальнейшем они переселялись в какие-то более отдаленные территории. Например, из Италии, Южной Франции они мигрировали дальше на север и на восток, и со временем они заселили практически всю Европу, изрядную часть арабского Востока, дошли до Индии и Китая.

С процессами иммиграции в конце XIX века возникли еврейские общины в Северной и Южной Америке и в Австралии. Сейчас, разумеется, довольно большое еврейское присутствие есть в современном Израиле. Когда-то немалое еврейское присутствие было и в Африке, исторически в Северной Африке, но в дальнейшем и в Южной, что тоже связано с иммиграционными процессами, но сейчас евреев там сравнительно мало. В Южной Африке они остались, а в Северной Африке их практически нет. Логично предположить, что после расселения по такой огромной территории евреи утратили языковое единство и перешли на какие-то местные языки. Возможно, на протяжении пары поколений они все еще сохраняли тот язык, который привезли с собой. Для первых переселенцев это был иврит, для дальнейших переселенцев это был какой-то другой язык, на котором они говорили, прежде чем отправиться в следующий регион своего пребывания. Но по прошествии нескольких поколений они переходили на язык местного населения и перенимали его. Поэтому идиш так похож на немецкий, ладино или джудезмо — на испанский.

Еврейско-итальянский так похож на итальянский, еврейско-греческий так похож на греческий и так далее. Таких языков насчитывается около тридцати. Считать можно по-разному, потому что некоторые из них считаются диалектами одного и того же языка. Также существует вопрос: насколько велика разница между соответствующим еврейским языком и языком-лексификатором (так это называется в социолингвистике), то есть тем языком, от кого в данном случае он произошел? Допустим, какова разница между идишем и немецким? Если в ситуации идиша и немецкого этот вопрос давно решен (разница между ними довольно велика, идиш — это совершенно точно отдельный язык), то, например, по поводу языка, на котором говорят грузинские евреи, есть разногласия: считать его отдельным языком или это просто такая разновидность грузинского языка, которая очень незначительно отличается от всех остальных разновидностей? Еврейские диаспоральные языки возникали на протяжении Средних веков. Некоторые из них продолжили свое существование и дальше, а некоторые до нас не дошли.

Самая, пожалуй, обидная история связана с еврейско-английским языком. В XII веке он начал формироваться и вполне мог бы дожить до сегодняшнего дня, и мы могли бы иметь что-то вроде идиша, но на английской базе. Но, к сожалению, в XII веке случилось довольно большое локальное изгнание евреев из Англии, этот язык даже в его сложившемся состоянии никак до нас не дошел и развития не получил. Какие-то языки просуществовали до XVIII–XIX века, какие-то умерли в XX веке. О каких-то языках у нас свидетельства, которые приведены в соответствующих статьях. Допустим, статья написана в 1950-е годы, автор статьи еще работал с каким-то старым информантом, который является носителем этого языка, но в 1960-е годы этого поколения носителей уже не стало, и мы можем констатировать, к сожалению, языковую смерть, продолжения этот язык не получил.

Для социолингвистики очень важным параметром является статус языка, является ли язык престижным. Так вот, еврейские диаспоральные языки абсолютно все были непрестижными. Это устойчивая ситуация в социолингвистике, она называется диглоссия — ситуация, когда одно общество пользуется двумя языками и делит между ними сферу использования. Низкая, непрестижная сфера, связанная с бытом, связанная с повседневным употреблением языка, закреплена за низким языком, он традиционно называется вернакуляр — это такой социолингвистический термин. А высокие сферы — религия, литература, высокая литература, наука, богословие — закреплены за другим языком, который не очень-то используется для разговора, за высоким и престижным языком. Такое распределение языков по престижу и функциям называется диглоссией. И как раз в ситуации диглоссии пребывали все еврейские диаспоральные языки в традиционном обществе. Идиш, ладино, еврейско-каталанский, еврейско-провансальский, еврейско-греческий, еврейско-арабский, еврейско-берберский и другие — все они находились в положении вернакуляра.

На них разговаривали про всякие бытовые, повседневные вещи, на них не читали священных текстов. На них, наверное, можно было молиться индивидуально, но молитва в синагоге читалась, безусловно, на высоком языке — иврите. На них, к сожалению, мало писали. Я говорю «к сожалению» почему? Потому что если бы это было не так, то до нас дошло бы гораздо больше свидетельств об этих языках и их истории. Их низкий престиж оказался причиной того, что на них написано гораздо меньше текстов, чем могло бы быть написано. И это, в свою очередь, связано с еще одним вопросом, который довольно часто обсуждается в исследовательской литературе об этих языках: в какой момент можно диагностировать появление этого языка? Пришли евреи, допустим, в Германию, перешли на соответствующий немецкий диалект, разговаривали между собой.

При этом, безусловно, они пользовались в речи еще каким-то количеством слов из древнееврейского языка, потому что назвать какие-то религиозные объекты или понятия, допустим еврейские праздники, логичнее не на языке окружающего населения, где таких слов просто нет, а на древнееврейском. Но в какой момент эта разновидность немецкого стала отдельным языком? Иными словами, в какой момент между этим языком и немецким накопилось достаточно большое количество различий, чтобы можно было утверждать, что этот язык стал отдельной системой? К сожалению, поскольку дошедших до нас документов на всех еврейских диаспоральных языках очень мало, мы не можем об этом с уверенностью говорить. И поэтому, например, в отношении идиша эти оценки колеблются от X века нашей эры до XVI века нашей эры. Истина, вероятно, где-то посередине. X век — это несколько тенденциозная оценка. Можно подробно говорить о том, как она возникла, и есть ряд причин, который к этому непосредственно привел. Оценка XVI век более честная, потому что до нас дошло достаточное количество документов, на основе которых мы можем утверждать, что это уже именно отдельный язык с отдельной системой, с отдельной лексикой, с отдельной грамматикой только от XVI века.



style="display:inline-block;width:580px;height:400px"
data-ad-client="ca-pub-1903962249686177"
data-ad-slot="9845276724">

Вероятно, этот процесс произошел раньше, но просто мы об этом не знаем и никогда, к сожалению, не узнаем.

Все эти языки обладают еще одной особенностью, хотя лингвисты не очень любят о ней говорить, считая, что письменность — это вещь вторичная для любого языка: все еврейские диаспоральные языки пользовались древнееврейской письменностью. Поэтому нередко можно встретить такое утверждение, что, допустим, идиш — это тот же немецкий, только записанный еврейскими буквами. Идиш — это не тот же немецкий, но он действительно пользуется именно древнееврейской письменностью. Кроме того, во всех этих языках есть какое-то количество древнееврейских слов и слов из еще одного древнесемитского языка — арамейского. На нем написан Талмуд, поэтому эти слова неминуемо проникали в еврейские диаспоральные языки. В разных языках их разное количество. В идише их самое большое количество, до 20% всего словаря, а, допустим, в языке горских евреев их в районе процента, максимум полтора процента, явно не больше.

Эти языки бытовали в еврейском обществе, и со временем количество различий между этими еврейскими разновидностями и языком-лексификатором накапливалось и росло. Это было связано и с еврейской изоляцией, с одной стороны. А с другой стороны, с тем, что евреи, в отличие от местного оседлого крестьянского населения, были более мобильными. Они торговали, они занимались ремеслом, они перемещались из одного региона в другой, и таким образом в каждом соответствующем еврейском языке оказываются смешаны черты нескольких диалектов языка-лексификатора. Допустим, в идише есть черты баварского, алеманнского и иногда еще некоторых немецких диалектов. В еврейско-итальянском языке есть черты нескольких диалектов Италии. Из экзотических вещей, которые, пожалуй, хотелось бы упомянуть, есть еврейско-персидский язык, который зародился в Иране и имел некоторое количество потомков. Евреи, говорившие на этом языке, мигрировали на север, в Среднюю Азию, и таким образом развился язык бухарских евреев.

Кроме того, некоторая часть этого еврейского населения мигрировала на крайний северо-запад и оказалась на территории современного Азербайджана и Дагестана, и так появился язык, который называется джухури, — язык горских евреев. Но самая удивительная вещь заключается в том, что некоторая часть евреев из Ирана отправилась на восток, и на еврейско-персидском языке говорила еврейская община Китая, которая существовала в своем традиционном виде с синагогами в виде пагод, с традиционным еврейско-китайским костюмом, с прической в виде маньчжурской косы вплоть до начала XX века.

Если спросить современного еврея, живущего в Москве, что он знает про современное состояние идиша, он скажет, что этот язык умер, на нем, пожалуй, говорила еще его прабабушка, но сейчас больше на нем никто не говорит. Такое утверждение само по себе довольно занятный социолингвистический факт. Но оно совершенно не соответствует действительности. Еврейские языки далеко не все сохранились, многие из них умерли. Но на некоторых из них продолжают говорить. Скажем, продолжают говорить на джухури — языке горских евреев. Продолжают говорить на языке бухарских евреев. Есть носители еврейско-греческого языка, есть носители еврейско-итальянского языка, хотя и очень небольшое количество, и есть немало носителей ладино. Но носителей идиша совершенно огромное количество. Это связано с идеологическими процессами среди еврейской ортодоксии. Во второй половине XX века, уже после войны, некоторые еврейские ортодоксальные течения сделали ставку именно на идиш. В противовес Израилю, где говорят на иврите, они решили, что будут говорить на идише — именно этот язык они будут передавать потомкам.

И сейчас в Америке — в Нью-Йорке, в окрестностях Нью-Йорка, в Манси, в Новой Сквире, в еще нескольких местах, — кое-где в Канаде, в некоторых местах в Израиле существуют целые регионы, где огромное количество еврейского населения говорит между собой именно на идише. И демографическая база у этого языка вполне устойчивая. Почему? Потому что это очень многодетные семьи. Если в какой-нибудь семье десять детей, то в следующем поколении количество носителей этого языка умножится. Современные еврейские языки, таким образом, представляют собой довольно странную картину. У каких-то из этих языков очень большое количество носителей, какие-то из этих языков вышли из употребления, какие-то остались в традиционных функциональных сферах, а какие-то приобретают все больше и больше функциональных сфер. На них есть радио, на них есть телевидение, инстаграм-каналы, разные видео, которые можно найти в интернете, периодические издания и так далее. И наконец, на подавляющем большинстве этих еврейских диаспоральных языков существует литература, которая, к сожалению, несправедливо забыта, но которая сейчас изучается, переводится и может доставить читателю немало удовольствия и вызвать немалый интерес.

Лингвист Александра Полян

Иллюстрация - Iesh

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Еврейские языки
Яндекс.Метрика