Давать ли им выспаться?

Что касается местожительства, то скажу твёрдо: я свой балкон ни на какие Версали не променяю. Нависает он над Вади Эль-Хот, древнейшей дорогой в Иерусалим, по которой паломники и завоеватели всех мастей поднимались из Иерихонской долины в этот непокорный город. Здесь проходили торговые караваны, разные люди встречались, передавались из уст в уста предания старины…

Ну, а мой балкон — тоже перекрёсток путей, место встречи проезжих людей. Редкая залётная птица, щебечущая по-русски, пролетая над Иерусалимом, не присядет на мой балкон. Шендерович подтвердит: сам сидел, орешки клевал, клюв в вине замочил, байки рассказывал. Самые разные темы питают здешние разговоры под оклики муэдзина с минарета соседней мечети.

Недавно, к примеру, оказалась здесь моя приятельница, профессор из Бостона Анна Гейфман, специалист по истории и психологии современного террора, автор книги «Смерть будет вам Богом (от российского нигилизма до мусульманского терроризма)». В ней автор описывает методы, которыми создают профессиональных террористов, дьявольское производство террористов-самоубийц: жёсткий отбор в группы, психологическую подготовку, социальную инженерию, поэтизирование смерти. Аня говорила весь вечер, а я вкратце перескажу основное.

— Политические убийства существовали испокон веков. Но массовый террор против гражданских лиц — достижение XX века. И, как ни удивительно, зародился он в России. Например, мало кому известно, что за несколько лет первого десятилетия нового века было осуществлено 21 000 покушений, из них 17 000 — «удачных». Башни, рухнувшие 11 сентября в Нью-Йорке, вообще имели свой российский прообраз: боевая организация эсеров в начале века планировала уничтожить дворец в Петергофе при помощи летательного аппарата. А член боевой питерской организации большевиков Наталья Драбкина перевозила взрывчатку на теле своей четырехлетней дочери…

Анна оказалась в Израиле в составе группы американских наблюдателей — юристов, журналистов и политологов, которые совершали познавательный вояж по израильским тюрьмам. В тот день, когда Аня сидела на моем балконе, Израиль обязался освободить ещё одну партию палестинских заключённых. Много чего повидавшая в Израиле и совершенно обалдевшая, Аня пересказала диалог между американским журналистом и высоким чином внутренней разведки Израиля.
— Вы считаете этичным применение пыток? — спросил борец за права заключённых.
— Что вы называете пытками? — вежливо уточнил высокий чин.
— Ну, например, не давать подследственному спать…;
— Послушайте, — внешне не теряя благорасположения, произнёс офицер. — А вы представьте ситуацию, когда нам удалось схватить террориста, и он сидит передо мной, нагло развалясь. Смертной казни у нас, видите ли, не существует. Поэтому что бы он ни натворил, у него всегда есть надежда, что года через два-три-пять он может выйти на свободу в обмен на тело убитого израильского солдата. Вот он сидит передо мной, но я-то знаю, что ещё два таких типчика вместе с ним вышли из Шхема вчера утром и бродят где-то в поисках автобуса или дискотеки, или детского сада. Время идёт, счёт не на часы, а на минуты… И что — он у меня будет спать? — вкрадчиво осведомился толстый и на вид вполне добродушный дяденька. Повисла пауза. — Нет, он у меня спать не будет! — закончил офицер.

И надо было видеть, с какими вытаращенными глазами Анна, специалист по террору, описывала условия, в которых живут убийцы в израильских тюрьмах. Да, и ещё накануне группу возили на корабли израильского военного флота, и у них была возможность сравнить весьма жёсткие условия жизни моряков на подводных лодках и просторные камеры с телевизором, где бодрые упитанные террористы встречают «борцов за права» с требованием немедленно сообщить ещё адреса правозащитных организаций в Европе и Америке. — Мы приехали после целого дня поездок — уставшие, голодные… Подоспели к самому тюремному обеду. Увидели эти фрикадельки… ох, как захотелось присоединиться к трапезе… Не дали!

До поздней ночи сидим мы на балконе. Сверкает извилистая цепочка фонарей на старинном пути паломников, торговых караванов и странников разных сортов и мастей.

Я стелю гостье постель и напоследок перед сном открываю газету. И по принципу «притяжения сюжета» первым делом натыкаюсь на маленькую заметку, где сообщается, что двое амнистированных палестинских заключённых отказались выходить из тюрьмы. И далее по тексту: «Один из них решил продолжить учебу в рамках учебной программы Управления тюрем, а второй предпочёл остаться в камере с братом. Палестинские заключённые выразили удовлетворение тем, что в израильских тюрьмах им создаются все условия для сдачи экзаменов на аттестат зрелости».

И уже засыпая, думаю — не взорвать ли мне кого? Отдохнуть, подучить иврит, закончить бесплатные курсы по античной, например, этике…

Дина Рубина

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Давать ли им выспаться?