Ералаш еврейской судьбы. Борис Грачевский

Борис Грачевский. В этом году 45 лет его детищу, киножурналу «Ералаш». Двойной праздник — отличный повод поразмышлять о судьбе юбиляра: влюбленного в Израиль, но живущего в России внука старосты ортодоксальной хасидской синагоги, и «еврея, куда ни плюнь»…

«У меня со всех сторон, куда ни плюнь, одни евреи», — говорит о себе Грачевский. В общем, о своём еврействе он привык рассуждать довольно иронично. Что уж удивляться: юмор давно его профессия. Хотя так было не всегда: будущий сценарист и режиссёр окончил Калининградский механический техникум, став, по его словам, первым евреем-токарем в своей семье. А на киностудию имени Горького попал после службы в армии, устроившись грузчиком. В 1969 году он поступил на заочное отделение ВГИКа, и тогда уже был вхож в киностудию как администратор или замдиректора съемочной группы. Ну а в режиссеры его «посвятил» киножурнал «Ералаш», бесперебойным производством которого, не отрываясь от других кинодел, Грачевский занимается аж с 1974 года.

Надо сказать, успешную карьеру Борис Юрьевич делал довольно стремительно. И пресловутая пятая графа в советском паспорте ему при этом совсем не мешала. В отличие от многих коллег, своего еврейства Грачевский не скрывал, псевдонима не брал. Он с большим трепетом рассказывает о своём еврейском детстве: «Мой дедушка по папиной линии, Макс (Мендель) Наумович был старостой ортодоксальной хасидской синагоги. Он соблюдал все законы, был очень чудной: походил на академика Вернадского, хотя никогда нигде не учился. Кем дед только не был! Одно время даже руководил оркестром, не зная нот. На всех наших домашних посиделках он был в шляпе, молился с талесом. Второго деда, по маминой линии, звали Лазарь Моисеевич — идеально для анекдота, хуже не придумаешь! Он был из совсем простой семьи, работяга, всю жизнь тяжело работал. Он не был набожным, но на старости лет вдруг стал ходить в синагогу на Маросейке. Мы ходили на веселое празднование Симхат-Торы, мне это казалось очень интересным».

Впрочем, светлое еврейское детство никаких иллюзий по поводу «еврейского вопроса» у нашего героя не оставляло. Как он говорит, «евреев в СССР по носу хлопали постоянно — чтобы не забывали своё место». Это, конечно, было очень обидно: «Мой первый учитель в кино Роман Люцианович Конбрандт говорил: «Боря, мы евреи, нам круче, чем быть директором фильма, уже ничего не надо.

Сиди спокойно, пока у нас все есть». Меня от всего этого скрючивало, ведь я такой же человек, как и все, — вспоминает Грачевский. — Кажется, что в последние годы в России исчез государственный антисемитизм. Но всё равно грузины, армяне, латыши могут по телевизору рассказывать о своих семейных, национальных традициях. А если кто-то скажет «у нас, евреев, принято…», это будет воспринято с удивлением. И вот с этим надо бороться еще много лет… Долгое время у нас вообще были татары, украинцы, узбеки и «лица еврейской национальности».

Моего приятеля одна старушка, стараясь его не обидеть, спросила: «Миша, вы еврейчик?» На что тот ответил: «Нет, я евреюшка». Вот был у меня ещё соавтор Айзенберг, и его не назвали по радио. Я поинтересовался почему, и мне ответили, что таких фамилий на радио вообще не произносят. А уж в народе была ненависть какая! Но мне никогда не хотелось все бросить и уехать. Я очень люблю свою страну и не сменю ее даже на Израиль».

Израиль Грачевскому очень нравится, но любить историческую родину предков он всё же предпочитает издалека. Либо наведываться к морю отдохнуть или заняться здоровьем. Издалека как на ладони видны не только позитивные черты, но и все сложности страны, и Борис Юрьевич их прекрасно осознаёт: «Я влюблён в Иерусалим: когда приезжаю туда, то у меня сердце разрывается от величия города. Всегда молюсь у Стены Плача. Но я совершенно не ортодоксален в вопросах веры, мне не нравятся жёсткие ограничения. Считаю, что человек должен жить с верой в себе. Возможно, я нарушаю какие-то постулаты иудаизма, но я выбрал те отношения с Б-гом, которые для меня комфортны. Меня очень расстраивает весьма агрессивное проповедование еврейских законов и традиций. Мне непонятно, зачем всех поголовно заставлять питаться определенным образом, соблюдать субботу и тому подобное…Такое фанатичное насаждение религиозных принципов вызывает неприятие во всем мире, и неудивительно – ортодоксальные евреи бесцеремонно лезут в политику, диктуя своим согражданам: Израиль не должен поступать так-то, еврей не имеет права делать то-то… Поэтому с ними очень сложно находить компромиссы. Сложно, но необходимо — хотя бы для того, чтобы люди охотно приезжали в эту удивительную страну, намоленную веками…»

Марина Гин

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Ералаш еврейской судьбы. Борис Грачевский