Когда Сталин признал Израиль — его отец поменял имя. Марк Рудинштейн и Израиль. К 73 летию посвящается

Марк Рудинштейн: очень уважаю Израиль!

Продюсеру и основателю фестиваля «Кинотавр» Марку Рудинштейну сегодня 73 года. Он родился в Одессе, всю жизнь прожил в Москве, а последние годы хочет провести в Израиле. С нашей страной Марка Григорьевича связывает не только «пятая графа», но и могилы родителей и братьев. Голос крови и неизбывная тоска по обетованной земле, которая пока так и не стала родной…

Сын Израиля

Отца кинопродюсера звали Израиль. Вообще-то он был Косрыль, а по-русски – Костя. Но в 1949 году, когда Сталин признал Израиль, поменял имя. Поэтому в первом паспорте Рудинштейна так и значилось – Марк Израилевич.

Но в 1967 году, когда он служил в армию, с «говорящим» отчеством и фамилией Рудинштейну пришлось трудно: «Прошла Шестидневная война, евреев стали притеснять со страшной силой. Наши политруки всячески клеймили, просто уничтожали Израиль, и естественно, я со своим отчеством выглядел в их глазах пятой колонной, просто мальчиком для битья. На меня со всех сторон стали давить, и я действительно испугался, – вспоминает он. – Вот и переименовал себя в Григорьевича, взяв отчество деда. И так к этому привык, что даже забыл, что надо поправить документы. Через много лет только вписал в паспорт и стал уже официально Марком Григорьевичем».

Одесское детство

Будущий продюсер родился в обычной советской семье: мама – домохозяйка, папа – директор магазина «Военная книга», ярый коммунист.
Его детство прошло в самом хулиганском районе Одессы. Он ежедневно получал за своё еврейство: после войны даже в «еврейской» Одессе царил жуткий антисемитизм. Но в 5-м классе даже сколотил еврейскую банду, объединив силы со второгодником Ройтенбургом: «В школе со мною вместе было всего три еврея – я, мой брат и директор. Брат ушел после восьмого класса в техникум, и я остался один среди учеников. За то, что «жидёнок», кулаками лупили, целыми кучами наваливались, сопротивляться было невозможно. А к седьмому классу был уже в банде». И даже попал из-за этого в 14 лет в колонию для малолетних преступников. «Разбирались как-то в саду с ножичками – девочек своих защищали. А потом вышли на бульвар и попались, – рассказывает Рудинштейн. – Меня поместили в детскую колонию в Одессе, и это была довольно жуткая история. Потому что там уже формировались группировки. Хорошо, что мне хватило мозгов тогда это понять. И я сказал отцу: «Если ты меня отсюда не вызволишь, я действительно стану бандитом!» Папа меня забрал, а я решил навсегда уехать из Одессы, навсегда завязав со своим «недобандитским» детством».

Когда на каждом шагу евреи

Первый раз Рудинштейн попал в Израиль еще в 80-х. К тому моменту здесь уже несколько лет жили его родители и братья. И был поражен величием сильной маленькой страны. «С одной стороны, сразу преисполняешься невероятным уважением, – говорит он. – В таком трудном месте, с точки зрения полезных ископаемых, создать страну могли только очень талантливые люди. И я хотел бы здесь жить – но уже на своем «закате». Поближе к могилам предков. А пока меня Москва не отпускает – я же до мозга костей русский еврейской национальности… Но с другой стороны, приезжая в Израиль, всегда вспоминаю Жванецкого: «Государство замечательное, только на каждом шагу евреи». Евреи эффективнее тогда, когда они разбросаны по миру. А если они сосредотачиваются вместе – это бывает опасно. Они становятся выскочками, кричат о своем превосходстве над всеми. Для меня это очень непривычно. Поэтому я и не уехал вместе с родителями, и потом много возможностей было, но я не решился. Видимо, пока мое время еще не пришло. Но оно точно наступит – Израиль меня не отпустит никогда!»

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Когда Сталин признал Израиль — его отец поменял имя. Марк Рудинштейн и Израиль. К 73 летию посвящается